Владимир Долинский интервью на тему личная жизнь

ОПИСАТЬ ЖИЗНЬ ЭТОГО АРТИСТА В ОДНОМ ИНТЕРВЬЮ ОЧЕНЬ СЛОЖНО. НАПОЛНЕННАЯ СТРАСТЯМИ, БОЛЬШИМИ НАДЕЖДАМИ И ВЕЛИКИМИ РАЗОЧАРОВАНИЯМИ БИОГРАФИЯ ВЛАДИМИРА ДОЛИНСКОГО - ГОТОВЫЙ СЮЖЕТ ДЛЯ РОМАНА.

  - Я рос мальчиком, что называется, из хорошей детской. Родители души друг в друге не чаяли, нас с братом любили безмерно. Папа работал главным инженером Литфонда, мама курировала театры в Управлении по охране авторских прав. Я с детства постоянно был окружен писателями, артистами, режиссерами, художниками.
Владимир Долинский интервью на тему личная жизнь  Папа был всеобщим любимцем. Обладая искрометным юмором, как магнит притягивал к себе людей. При этом мог быть крайне жестким. Надо было слышать, как порой общался с рабочими на стройке, с начальниками... А мама - экстравагантная, артистичная, с потрясающим шармом. Когда, еще будучи студентом, я первый раз решил жениться - на красавице Вале Шендриковой (исполнительница роли Корделии в фильме «Король Лир»), - родители были категорически против. Однако после того как брак был зарегистрирован и мы приехали жить к нам домой, во всех наших с Валей ссорах мама принимала сторону моей молодой жены. Обоих нас осуждала, лишь когда мы в страстных выяснениях отношений начинали бить посуду. Становилась перед шкафом с фамильным фарфором и хрусталем, буквально прикрывая его своим телом, и увещевала: «Неужели нельзя бить дешевую посуду?!».
  У мамы была страсть - карты. Заядлая преферансистка, она окружала себя такими же неистовыми картежниками. Как ими расписывали пульку с Татьяной Ивановной Пельтцер, Валентиной Георгиевной Токарской и годящейся им в дочери и Ольгой Аросевой!.. Эти пикировки за карточным столом: «Дура, ты чего с червей ходишь?! - Сама, идиотка, пикой пошла!», обиды до слез, расставания на всю жизнь, примирения за рюмочкой коньячка... Умницы, интеллигентнейшие тетки с блестящим юмором и при этом... (смеясь) - на зоне я не слышал такого мата, который вырывался из их нежных уст!


ВЛАДИМИР ДОЛИНСКИЙ ИНТЕРВЬЮ: БЕЙ ПЕРВЫМ!

-    Долинский Владимир Абрамович, от детских лет до ареста - большой отрезок жизни. Как она протекала?
-    Однажды папа сказал мне: «Вовка, ты - Абрамыч, что заведомо не украшает. При этом у тебя наивные голубые глаза, круглая мордочка, шепелявишь... Вывод простой: тебя обязательно начнут дразнить и обижать. Запомни: как только такое произойдет - сразу же бей. В глаз. Как в бубен. Дотянись и бей первым!». Я запомнил отцовский совет. И всегда ему следовал. В результате стал драчуном, отличным уличным бойцом. (Усмехнувшись.) Правильно говорят: в мире нет бойца смелей, чем напуганный еврей...

-    Из-за чего же вы вступали в драки?
-    Ну допустим, когда два здоровых мужика в очереди со словами «Ща как дам!» натягивают шляпу на уши какому-нибудь интеллигентному человеку. В таких случаях я зверею, появляется знакомое ощущение: руки становятся легкие-легкие, и дрожь по ним пробегает... И я бью хаму в глаз. Так, как учил отец. В подростковом возрасте с местными хулиганами дрался. За что меня из школ гнали с завидной регулярностью.
  Несмотря на свою воинственность, я никогда не хотел быть ни военным, ни пожарным, ни милиционером - всегда только артистом. Но из Театрального училища имени Щукина в конце первого курса меня тоже исключили. На год. Естественно, за драку. Я не очень расстроился: думал, побездельничаю годик, в фильме «Война и мир» поснимаюсь -Бондарчук как раз утвердил меня на небольшую роль. Но папа рассудил иначе.
И сделал два звонка. Первый - главному редактору «Мосфильма» Льву Шейнину: «Лева, чтобы духа Вовки на студии не было!». Второй - директору Института геодезии, которого попросил оформить меня рабочим в геологическую партию: «Подальше и потруднее». И я отправился вкалывать. Домой вернулся спустя год настоящим мужиком - возмужал, заработал приличных денег, научился водить машину. Но главное, стал мудрее, поэтому, восстановившись в институте, начал учиться всерьез. Однако к любой несправедливости оставался также беспощаден и не думал о последствиях.


НЕ ПУСТОЕ ЭТО ПОНЯТИЕ - БЕСПРЕДЕЛ

-    В местах лишения свободы придерживались того же принципа или приходилось усмирять свой дерзкий нрав?
- Там тем более нельзя было сдавать позиций. Вот вспомнилась такая история. Шел я этапом в зону из Лефортовской тюрьмы. В ней мне за год и 17 дней отсидки удалось скопить немного сахара и сигарет, чтобы прийти в лагерь не пустым. Путь лежал через Кировскую пересыльную тюрьму. Народ там собирается с разных этапов: одни - со строгого режима, другие - с усиленного, третьи - с общего. Я один, впервые, держусь особнячком. Замечаю: из одного кутка на меня смотрят недружелюбно. Их там человек пять, явно ребята уже не первый раз идут. Один из них вразвалку подходит ко мне, выхватывает из рук сахар и с силой толкает меня к стене. От удара на моей бритой голове появляется кровь. В висках пульсирует: «Если ввяжусь в драку, они впятером меня затопчут. А не ввяжусь, люди скажут: да это же форменное дерьмо, ему двинули, и он смолчал. И понесется молва...».
  Подхожу я к нему, хватаю за волосы и со всей силы мордой провожу по стене. Он заорал благим матом, а я подошел к его корешам, трясущимися руками забрал свой сахар. Ни один человек не дернулся. Но, видимо, все-таки не пустое это понятие - беспредел. Мужик тот повел себя беспредельно, и это поняли все. Зато когда я пришел на зону в город Кирово-Чепецк Кировской области, меня уже опередил шлейф слухов: артист - пацан ништяковый, на него наезжать без дела не надо.
  И я честно отбыл свой срок, а потом было поселение. Роман у меня там закрутился с местной учительницей. Простая деваха, румяная, ладная, добродушноласковая . Ей едва 18 исполнилось, а я уже на четвертый десяток перевалил. Поэтому образовывал ее, рассказывал о театре, литературе - она не знала ничегошеньки. На полном серьезе собирался привезти Альку в Москву и жениться на ней. Представлял, как мама ее «обстругает», научит следить за собой, разговаривать грамотно... А вскоре получил от зазнобы письмо, в котором она, извиняясь, рассказывала, что сошлась с другим.
Сначала испытал шок - оскорблен был, но потом почувствовал облегчение. Ура, никаких обязательств!

Владимир Долинский интервью на тему личная жизнь

Владимир Долинский личная жизнь (фото с женой)

Я ПОЧУВСТВОВАЛ, ЧТО СХОЖУ С УМА

-    За что же вас арестовали?
-    В то время расследовалось крупное дело Внешторгбанка СССР - высокое начальство получало свою долю с перепродажи валюты. Там крутились огромные деньги. А моя вина состояла в том, что я несколько раз покупал доллары у перекупщиков по трешке (при курсе 66 копеек за доллар), а сдавал их на черном рынке по четыре с полтиной...
  В Лефортовском изоляторе ломали волю по-всякому. Не сомневался в том, что никогда оттуда не выйду. Очень было страшно. Но я все равно упирался и не подписывал ни одной бумаги. Пришлось пережить карцер - жуткую тюрягу в тюряге. Оставили там на мокром холодном каменном полу в наручниках, которые впивались в запястья... Через неделю пребывания в этом кошмаре я почувствовал, что схожу с ума. К счастью, на восьмой день меня из карцера амнистировали - в честь Международного женского дня.
  Когда следствие закончилось, и мне было предъявлено обвинение, я получил разрешение на 20-минутное свидание с мамой. Сначала говорить не могли - молча сидели друг напротив друга, у обоих из глаз текли слезы. Перед расставанием мама достала из-за пазухи цыпленка табака в целлофановом пакете - согревала его на груди... А потом был суд и приговор: пять лет лишения свободы усиленного режима.
  Я проиграл, конечно, но не совсем. Все-таки по этой статье - «Нарушение правил о валютных операциях» - мне дали минимальный срок. А потом и его на год сократили. На это решение повлияло уже письмо от Театра сатиры, организованное моим ближайшим дружком, ныне покойным, Борей Кумаритовым. Он написал ходатайство о помиловании и собрал подписи у всех ведущих актеров театра: Папанова, Менглета, Пельтцер, Миронова, Державина, Ширвиндта, Аросевой, Мишулина... Письмо было направлено в Президиум Верховного Совета, и там мне сократили срок наказания.


ДОЛИНСКИЙ ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ: НИ СЛОВА УПРЕКА

-    Семья не осуждала вас?
-    Нет, зачем же бить лежачего? Когда я был в лагере, мама раз в пол года добивалась свиданий. Невзирая на проблемы с сердцем, ехала на перекладных за тысячу километров, нагруженная тяжеленными баулами с едой и вещами. Кормила меня, украдкой утирая слезы, жалела, успокаивала. Ни слова упрека от нее не слышал.
  А как благородно повел себя мой брат! Игорь был военным, занимал хорошую должность в Министерстве обороны. Но добился разрешения на свидание и еще в Лефортово пришел навестить меня, причем не в штатском, а в форме полковника. Конечно же расплата за такой вызов системе не заставила себя ждать - его уволили.

- А с предательством приходилось сталкиваться?
-    Самое страшное предательство пережил находясь в заключении. Я очень любил свою вторую жену Наталью и ее дочку Олю. Перевез их из Питера в Москву, прописал в образовавшейся к тому времени собственной квартире. В тюремном изоляторе меня поддерживала мысль о моей семье, мучительно ждал встречи. Но на свидание пришла одна мама. На вопрос: «А где же Наталья?» - ответила, что та приболела. А записку не написала, потому что поскользнулась и повредила правую руку. Мама передала - якобы от Наташи - зубную щетку, на которой иголочкой было нацарапано: «Я люблю тебя». Я целовал эту щетку. Она стала моим талисманом. А по дороге на зону заместитель начальник, по режиму, который симпатизировал мне как пану Пепичке из «Кабачка «13 стульев», передал письмо от мамы: «Сыночка, дорогой, больше скрывать невозможно. Наташа от тебя отказалась. В твоем доме появился чужой мужчина. Держись, родной, ты достоин лучшего». А слова «Я люблю тебя» на щетке выцарапала сама мама...

-    После этого встречались с той супругой?
-    Один раз, и это было ужасно. Я позвонил ей и сказал: «Все оставляю тебе, только, пожалуйста, верни памятные для меня книжки...». Через четыре часа раздается телефонный звонок: «Здрасьте, это майор Иванов. Ваша жена утверждает, что вы угрожаете ей вымогаете ее имущество». Я в истерике закричал в трубку: «Гадина! Я лишь хотел забрать книги с авторскими подписями - персонально мне, членам нашей семьи. А от нее мне ничего не надо!». Он выслушал и сказал «Знаешь, мужик, я тебе верю. Только у меня к тебе просьба: забудь эту... Совсем. Я видел ее и все про нее понял. А дело это закрываю». До сих пор я благодарен - навсегда запомнил его имя - этому Василию Ивановичу...

Владимир Долинский интервью на тему личная жизнь

Долинский Владимир Абрамович интервью: - Рождение Поли все во мне перевернуло. Будто пробило понимание: теперь я должен отвечать за семью (супруги Долинские с дочерью Полиной).

ДВА АКТЕРА В СЕМЬЕ - СЛИШКОМ ГУСТО

-    Встреча с вашей нынешней женой, рождение дочки как-то изменили вас?
-    Безусловно. Наташу мне Господь послал 26 лет назад. Я запал на нее сразу, с того момента, как увидел на репетиции «Тевье-молочника». Много женщин было у меня, но никогда не встречал такую - терпеливую, понимающую. Когда надо, Наташа умеет успокоить, в других случаях, наоборот, подбодрит, зарядит уверенностью. И меня постепенно стало заполнять гигантское чувство ответственности. Потом родилась Полечка и окончательно все во мне перевернула. Я еще немного побузил, поискал себе на голову приключений, но потом остановился и безобразничать перестал. Будто пробило понимание: я должен отвечать за семью, ограждать своих любимых девочек от невзгод и обеспечивать им достойное будущее. В общем, с 31 декабря 1988 года жизнь у меня радикально изменилась.

-    Так дочка у вас родилась прямо под Новый год?
-    Ну да, такой вот новогодний подарок.

-    У вас были бессонные ночи - или все заботы легли на плечи жены?
-    Когда появилась Полька, Наташе было 39 лет. Она ушла из театра, чтобы целиком и полностью посвятить себя семье. Потом, когда стало полегче, пытался вернуть ее в профессию, но она сказала: «Два актера в одной семье - слишком густо. Ты действуй, а я буду женой большого артиста». Я действительно не мог в полной мере участвовать в домашних хлопотах, поскольку в то время у меня были постоянные репетиции и страшный график разъездов. Но все самое необходимое - детское питание, вещи, лекарства - доставал всегда.
  Вообще, предпринимательская жилка во мне неискоренима. Мы с театром часто ездили за границу. Я использовал эти поездки с немалой выгодой. Здесь покупал солдатские ремни, фотоаппараты «ФЭД» и продавал их там. На лишние $150 покупал видеомагнитофон, который в Москве легко продавался за несколько тысяч рублей. Один раз я протащил в Швецию какой-то ерундовый коврик, старую тряпку, как мне показалось. В местной комиссионке выяснилось, что это какой-то уникальный молельный персидский ковер XVIII века. И мне за него дали $1000. Я купил на них телевизор, два видеомагнитофона, несколько ящиков кассет, здесь все это продал и стал богатейшим человеком. Тогда мы с Наташей купили дачу - загородный домик за шесть тысяч рублей.


ЛЮБОВИ БЫВАЮТ РАЗНЫЕ

-    Поля никогда не доставляла вам хлопот?
- Она была хорошей девочкой, но, как любой ребенок, в подростковом возрасте чуть-чуть сошла с рельсов - начала покуривать. И... я выгнал ее, 14-летнюю, из дома. Наташа, конечно, выскочила за ней, полдня они не возвращались. Потом рассказывали, что ходили в храм, и дочка отмаливала это дело - она у нас девочка крещеная.
  Вообще-то Полина замечательная. Деликатная, бескорыстная - это от мамы, зато от меня она дико работоспособная, с сумасшедшей энергетикой. Сейчас играет на сцене Малого театра. Там и судьбу свою нашла: влюбилась в актера Диму Марина. Год назад они поженились. Живут теперь неподалеку от нас в своей квартире, чему я очень рад. Не зря, когда смог скопить денег, первым делом купил дочке квартиру.


-    При вашей любвеобильности были ситуации, когда ваш многолетний брак давал трещины?
-    Мне нравились какие-то женщины, я мог пофлиртовать, но Наташа спокойно к этому относилась. Однажды - Поля тогда была маленькая - со мной произошел серьезный заскок. Ну, случается так в жизни: жена дома вся в пеленках, готовках, стирках, а я встретил эффектную даму - за собой следит, меня вниманием окружает... Уходить из дома не думал, но сердце разрывалось. И, представьте, ситуацию легко разрешила... моя жена. Как-то, когда я был у своей возлюбленной, раздался телефонный звонок. Она взяла трубку, поговорила. Спрашиваю: «Кто?». Отвечает: «Твоя жена». Знаете, что ей сказала Наташа: «У меня к тебе просьба. Володя стал приезжать домой выпивший, и я боюсь, как бы в дороге с ним чего-нибудь не случилось. Пожалуйста, оставь его ночевать у себя...». Все, на этом мои похождения закончились. Кто-то может подумать: вот хитрая баба! Но я знаю: в Наташе совершенно нет хитрости, лукавства. (Со смехом.) И что интересно, ни разу не дала мне повода для ревности! Хотя знаю, что прекрасно оценивает мужские данные, да и мужики по сию пору обращают на нее внимание.
  С годами я понял, что любови бывают разные. А истинная любовь - это не приступы безумного желания лечь в постель. Это потребность быть вместе и делать любимой много-много добра. Обеспечивать ее, причем не только сейчас, но и страхуясь наперед: чтобы, если с тобой что-то произойдет, она могла бы продолжать жить достойно и безбедно. Как старый лагерник, я считаю так: рассчитывай на худшее - лучшее придет само.

  По материалам tele ru

Оставить отзыв
^